ХВАТИТ БОЛТАТЬ, РАБОТАТЬ НАДО!

Представляю, как обрадовал кое-кого таким заголовком. Но, увы, речь идет не о том, чтобы засучить рукава и добывать сверхприбыль для голодающей номенклатуры. Речь пойдет немного о другом. Или, точнее, совсем об обратном.

Встретился я недавно с хорошим своим знакомым. Ну ты как, говорит он, ты западник? Да вроде бы, говорю я. И я, говорит он с гордостью. А в чем это выражается, спрашиваю я. Ну как же, говорит он, я все сессии смотрю по ночам, за демократов болею. Ты, говорю я, раньше хоккей смотрел по ночам и за "Динамо" болел, а в чем выражается, что ты западник? Да я всем сердцем за рынок, говорит он. А в чем это выражается, спрашиваю я.

Не понимает. Да и вы, наверное, не понимаете. Хотя чего уж тут понимать. Кто виноват, давно ясно. Что делать - тоже. Не очень ясно, как делать, но это дело наживное. Осталось - делать. Вот тут-то и проблема. Лучшие из нас пробились в Советы и ведут там неравный бой с превосходящим противником. Остальные же болеют за демократию на диване, надеясь, что "наши" выиграют.

Так что же делать герою нашего времени, если он всем сердцем за, но не имеет политического темперамента? Рискну ответить: он должен заиметь и накапливать собственность. Я имею в виду не ковры и серванты, а - землю, здания, компьютеры и прочее.

Да, конечно, люди, критикующие частную собственность, кое в чем правы (хотя, по моему, куда больше правы Лев Толстой и Генри Торо, чем Егор Лигачев). Но сейчас речь идет только о политической свободе, а собственность - это и есть свобода (политическая). Если вы недостаточно самоотверженны, чтобы бороться за свободу как таковую, боритесь хотя бы за собственность. Если уж вам так противно быть богатым, вы можете распоряжаться собственностью по другому (скажем, подарить компьютер газете, наиболее вам близкой). Да вот, хотя бы: в Челябинске обнаружили захоронения жертв массовых репрессий под громадной свалкой. Если бы не помощь НТТМ (деньги, бульдозеры и т.д.), местный "Мемориал" вряд ли осилил бы раскопки.

Да, конечно, человек, ставший сейчас кооператором или арендатором, чем-то сродни камикадзе. Но, если вас не укокошат рэкетиры и не задушат в объятиях чиновники, вы станете обеспеченным человеком. Ну, или, по крайней мере, хоть раз в жизни почувствуете себя человеком вообще.

Да, конечно, наши законы оставляют желать лучшего. Но мы депутатов выбрали, они там бъются насмерть и отвоевывают для нас сантиметр за сантиметром. Наша задача - осваивать эти сантиметры и на них жить и продвигаться дальше. Даже если весь парламент будет состоять из Собчаков и Казанников, ничего не изменится, если не будет массового, нудного и настойчивого накопления собственности и создания среднего класса: самостоятельного, независимого и обеспеченного. Тут нужны настырность, изобретательность, терпение и выдержка.

Если открыта калитка, не жди, пока распахнутся ворота. Если приоткрылась дверь - суй туда ногу, не давай захлопнуть. Если есть щель шириной с бритвенное лезвие, расширяй ее, пока весь не пролезешь. А если нет щели - обратись в воду и капай, пока щель не появится.

Тут самое время рассказать мою любимую историю. Во времена жуткого феодализма некто Бомарше написал пьесу "Женитьба Фигаро", насквозь антифеодальную. По тем временам это было что-то вроде "Архипелага". Естественно, король не дал разрешения ЭТО опубликовать. Бомарше был человек не бедный, он взял да купил типографию (во времена жуткого феодализма это можно было сделать). Тогда король запретил продавать этой типографии бумагу (знакомо, да?). Бомарше просчитал на ход вперед, купил рощу и бумагоделательную фабрику. Рощу он срубил, наделал из нее бумаги и издал-таки свое диссидентское произведение, чем внес немалый вклад в дело Французской Революции 1789 г.

Представляю, чем бы кончилось дело, если бы Бомарше вместо этого вышел на площадь, разорвал рубаху до пупа и сказал о короле все, что он думает. Это было бы очень по-русски, но Бомарше был француз...

Если кто-то думает, что я метнул стрелу в митинги, он ошибается. Я веду речь о том, что мы не любители борьбы нудной и упорной. Борьба для нас - это лечь на амбразуру, рубануть правду-матку на собрании или совершить иной одноразовый подвиг в духе соцреализма. Процесс тут нередко оказывается важнее результата. У власти же стоят люди практичные и даже прагматичные. Пока мы с вами обличаем привилегии, повышение ставок партаппарату и прочее, этот аппарат без шума занимается главным: узаконивает свою собственность. Это не трожь - это собственность КПСС. И это тоже. А вон то плохо лежит, а значит, ей принадлежит. А если выходит спор, он разрешается с помощью военного десанта. Вот где происходят главные события, а мы из-за десятка квартир шумим. Я позволю даже высказать гипотезу, что тот же Лигачев со своей командой, мужественно вызвав огонь на себя, просто прикрывает отход основных частей на подготовленные рубежи. И скоро будет свобода слова и многопартийность, но на всех не хватит собственности. Тем более, что других желающих на нее не было. Были лишь скромные атланты, держащие на своих плечах здание Системы, которым все равно, как их эксплуатируют - вдоль или поперек.

Все это я высказал своему хорошему знакомому. Ну нет, сказал он, я всем сердцем за рынок, но, пока не будет хороших законов и полных магазинов, я лучше в государственной конторе поработаю, на твердом окладе.

Ну что ж, каждый свободен в той мере, которую заслуживает...

А. Бабий, предприниматель


Опубликовано: Красноярский комсомолец, 21 июля 1990 г.
© Алексей Бабий 1990